?

Log in

Вс, 12 фев, 2017, 12:06
Гомеопатия и наука

Гомеопатия и наука

В медицине мы имеем дело с живым механизмом, т.е. с объектом бесконечной сложности. Понять до конца, что и как происходит при воздействии на него, нам не суждено. Здесь та же ситуация, что в генетике. Мы приблизительно (а может, точно) знаем, за какое свойство организма, за какой орган  "отвечает" ген, но как он это "делает", мы не знаем.
Остается один прием - практика. Нам не известно до тонкостей, что происходит в организме, какие глубинные процессы там протекают. Важно, что данная пилюля точно поможет выздороветь.
В современной науке произошло парадоксальное и трагическое упрощение ("адамово падение" в науке) - умение стало свидетельством знания, оно стало трактоваться как знание.  И хорошо, если умеем. В этом смысле гомеопатия занимает свое место в жизни, у нее свой опыт и практика. И не нужно так бравировать знанием, которого в медицине нет и, по-видимому, не будет. Будет только  практика. Нынешняя атака на гомеопатию имеет истоки не разумные, а скорее денежные.


 

Вс, 15 мар, 2015, 16:22
издание книги "Образы сущего"

Вышло седьмое издание книги "Образы сущего". Познакомиться с ним можно в моем сайте.
Или скачать книгу в формате pdf.

Вс, 8 июн, 2014, 11:00
Все от Бога?

Существует крайняя идеалистическая трактовка миропорядка (я ее называю, условно, демонической), утверждающая, что "все от Бога". Например, все явления физики, все открытые и еще не открытые законы науки, - "все от Бога". Получается так, что и зло от Бога.

Полагаю, однако, что " не все от Бога". Мировоззрение, утверждающее первичность мирового сознания (или существование Бога), вполне "уживается" с представлением о том, что значительная часть происходящего в мире никакого отношения к Богу не имеет. Только такое представление способно найти логически непротиворечивое этическое объяснение мироустройства, в котором можно разделить, что от Бога, а что не от Бога.

Пн, 2 дек, 2013, 17:52
Состояние любви

Фрагмент книги "Образы сущего"

Нет во вселенной тропинки, по которой бы не прошли влюбленные. Мир сотворен Любовью ради любви. Влюбленный человек совсем по-иному чувствует реальность. Он счастлив даже в своем страдании. В любви он обретает истинный смысл жизни, проникается благодарностью к миру, его Творцу. Человеческое соединяется с Божественным.

Проходят годы, и мы узнаем этот мир, его закоулки, его обитателей, его радости и болезни, удовольствия и страдания. Мы начинаем привыкать к процессу узнавания, ощущаем насыщение. Но судьба ведет из мира в мир, и это разнообразит наше бессмертие. Однако и в мелькании миров есть насыщение. Бытие разума само по себе бессмысленно, неэтично, если оно сводится лишь к бесконечному существованию. Единственное, что может обрадовать, удовлетворить нашу глубинную суть - нескончаемый восторг новизны. Есть ли такое бытие? Да - это Любовь. С ней все перемешивается - и движение, и остановки, и творчество, и богатство, и бедность. Все закручивается в быстро вращающийся клубок счастья.

Некоторые пытаются классифицировать: любовь-эрос, любовь-жалость, любовь эгоистическая, любовь альтруистическая. Все это пустое; любовь - состояние, которое может быть более или менее длительным. Попытка разумного исследования - скорее всего следствие досады на ее ускользающую свободу. Любовь - вне суда. Призыв йога "не привязываться к предмету любви" есть желание и невозможность непрерывной любви.

Всякая работа имеет свой смысл, уводящий человека по скользкой тропе в дебри неодушевленного. Если поддаться самодвижению, то легко превратиться в азартного игрока, легко стать придатком машины материальных процессов. Возникает дьявольское созидание типа компьютерного вируса, бомбы. Жизнь на Земле питается жизнью - это тяжелое испытание для любви. Но когда любовь становится содержанием бытия, приходит полнота жизни.

Сознание без творчества невозможно, как невозможна неподвижность на одном колесе. И любовь желает движения. Ее высшие состояния - мгновения. Но мы хотим непрерывной любви, следовательно, мы хотим движения. Поиск истины, гармонии, уравновешенности - это проявление любви и желание ее. Каждый человек - неповторимый мир, совершенная идея Творца, сочетающаяся гармонично с уникальностью всех личностей вселенной. Увидеть и полюбить личность - значит, еще больше полюбить Творца. Любовь активизирует первичную функцию разума - творческое мышление.

Чт, 30 май, 2013, 10:11
О традиции

Фрагмент книги "Образы сущего"

В словаре Ожегова дается определение: Традиция - это то, что перешло от одного поколения к другому, что унаследовано от предшествующих поколений (например, идеи, взгляды, вкусы, образ действий, обычаи и т.п.). Я буду говорить конкретно о религиозной традиции, самой распространенной, глубоко вошедшей в быт, влияющей на наше мировоззрение. Религиозная традиция объединяет людей и является важным фактором этнической принадлежности. Ее идеология пытается дать ответ на все главные вопросы жизни.

Традиция содержит элементы, пришедшие к ней из легенд, мифов, обычаев. Но многие положения и верования, будучи в те далекие времена очевидными, противоречат нынешним знаниям о мире. Они обрастают многослойными комментариями, что порождает сложные системы понятий и образов, в которых разобраться могут только продвинутые служители культа, а простому смертному "достается" сама традиция, - в ритуалах, молитвах, общении.

Однако в жизни возникают новые вопросы, и без ответа остаются некоторые старые. Идеология предлагает, порой, абсурдные ответы. Но традиция пренебрегает абсурдностью, затушевывает, умаляет ее. По большому счету, ей не требуются объяснения. Традиция застыла вместе со своими абсурдами.

Государство объединяет усилия людей в сфере материально-производственной деятельности, а община (традиция) - в сфере духовной. Но в падшем мире все масштабные явления несут на себе печать падения. Они нужны для выживания и возникают "не от хорошей жизни". Причина в том, что невозможно сочетать идеальное с реальным, падшим. В частности, невозможно представить себе участие Бога в делах нашего мира. Ведь в идеальном мире нет всемогущества, это мир разумных безгрешных индивидов. Чтобы идеальная сущность смогла действовать в реальном мире, ей необходимо погрузиться в его заботы, понять и пережить его проблемы, начать жить в мире. А это несовместимо с идеальностью. Все социальные теории, содержащие чаяние о божественной справедливости (понимаемой, кстати, по-разному, не исключающей и некоторые предпочтения), несостоятельны.

В минуты нашей одухотворенности идеальное может прийти к нам и, на время, стать нашим учителем. Мы можем, подражая идеальному, создать шедевр искусства, отразить в нем благородную идею, но нам не удастся пригласить идеального деятеля к себе на службу. Невозможно уговорить Бога быть регулировщиком нашей грешной суеты, и, как видим, Он таковым не является. Он всеблаг, но Он только учит и судит. А если и случится Идеалу явиться к нам на некоторое время, его убьют, распнут, осмеют. Ибо истинно идеальное мы не вынесем, и оно не вынесет нашу жизнь.

Смеси реального с идеальным не бывает. Наш мир определенно падший.

Иногда говорят: "нам это знать не дано". Таким огульным ответом можно оправдать любую систему постулатов. Но самая этичная познавательная позиция: "Бог ничего от нас не скрывает". И нам надо Его понять. Если мы не решаемся ломать традицию, то все же стоит задуматься о собственной системе представлений, - я полагаю, Бог это одобрит.

Пт, 11 янв, 2013, 19:31
Борис Акунин. Черный город.

Акунин, видимо, решил закончить детективный цикл.
В последнем эпизоде романа "Черный город" Гасым выстрелил в голову связанного  Фандорина. Но перед этим он предложил сделку: Фандорин должен уехать в другую страну, отказавшись от участия в международной комиссии, расследующей убийство наследника австрийского императора. Расследование давало шанс предотвратить мировую войну. Гасым предложил Фандорину уехать вместе с женщиной, которую он полюбил и которая его полюбила. Если бы он дал согласие, это сохранило бы ему жизнь. А будучи свободным, он мог бы обмануть Гасыма и реализовать все свои планы. Но Фандорин не мог, не хотел обманывать. Почему?

Почему в условиях гнусной игры предателя он решил остаться честным - ценой жизни, мира, любви? Почему свои обманчивые приемы боевого искусства (ускользал от пуль, становился невидимым, неслышимым и т.д.) он считал честными, а прямой обман словом - не честным. Возможна ли вообще честная борьба?

Перед кем он хотел быть честным? Перед Гасымом? Он что, подставил "вторую щеку", чтобы тот раскаялся? Кого он таким образом растрогал, спас, научил? Может быть хотел быть честным перед Богом? Но ведь он отступил от добродеяния, оставив женщину, друга Масу в больнице, обманув ожидания начальства, упустив шанс предотвратить войну. Он явно совершил зло.

А может быть, он хотел остаться честным перед самим собой, верным своим принципам? Тут, вероятно, главный вопрос: Что важнее: принципы или милосердие? Принципы ведь это что-то запрограммированное, механическое, раз навсегда решенное, освобождающее от размышлений и ответственности. Фандорин повел себя не как человек, а как машина. Он, в общем-то, и был машиной - машиной убийства, наделенной некоторой моралью и способностью делать выбор. Но здесь машина выбора не имела, программа ее оказалась жесткой. Фандорину не хватило милосердия.

Книга "Черный город" написана мастерски (правда не без ляпсусов, подмеченных пользователями интернета), читается с увлечением, "на одном дыхании". У читателя есть надежда, что последний выстрел был холостым.

Чт, 20 дек, 2012, 15:45
О бессмертии и продолжении жизни

Фрагмент книги "Образы сущего"

Деятелей науки я делю на две категории: (1) допускающих существование невидимого мира наряду с видимым, (2) отвергающих это существование, не признающих дуалистической природы мироустройства, убежденных материалистов.  К первым относилось большинство ученых, живших до 20 столетия, их убеждения я разделяю.
Что касается позиции вторых, то здесь необходимо отметить следующее:  В дуалистической картине мира трансцендентную часть выразить адекватно математически невозможно. Это мешает технократическому сознанию найти какую-либо пользу в размышлениях о трансцендентном. А познание, лишенное прагматический цели, кажется излишним, фантастичным.
Поскольку говорить о бессмертии невозможно без привлечения метафизических конструкций, то с неприятием дуалистической природы мироустройства отвергается сама возможность обсуждения проблемы бессмертия. В этом смысле материализм - мировоззрение пессимистическое.

Однако если допустить, что нет бессмертия личности, то вся метафизика теряет смысл, практически, все религии становятся лишенными основания, и большинство верований в традициях и культурах народов оказывается ложным. Все лучшее, что есть в человеке, в его этике, дерзании, любви - все пронизано отсутствием страха смерти. Бояться смерти должен робот в металле и робот в человеке. Больше всех боится тот, кто видит себя просто телом - набором элементов из детского конструктора "Лего", усложненного лишь микросхемами и программами - тот, кто жизнь свою посвятил таким же играм - тленному, материальному, потребительскому, - деньгам, власти, славе.

Болезни и смерти, конечно, страшатся все. Но каждый по-своему. Одни боятся предсмертных страданий, другие не хотят стать обузой ближним, третьи - прекращения избранной деятельности, незавершенности творчества, четвертые - небытия. Тяжкие страдания смерти обусловлены покиданием родных и любимых. Но бытие нам гарантировано, а близкие, со временем, переселятся туда же. Поэтому к уходу в иной мир нужно относиться, как к обновлению, рутинной миграции, которых уже было и еще будет много на нашем пути.

За свою многовековую историю человечество должно было бы создать культуру перехода в иной мир, - перехода естественного, лишенного трагедии. У некоторых народов такая культура была (вероятно, и осталась), но цивилизация с ее новыми знаниями и соблазнами никак не способствовала сохранению этой культуры.
Если мы говорим о бессмертии, то, конечно, предполагаем сохранение в новом бытии важнейших, определяющих атрибутов старого, дающих основание новому присвоить имя старого. Более того, само новое должно в себе осознать старое, почувствовать его продолжение, признать его прежние "обязательства"; только такое продолжение может называться бессмертием.

Здесь я воспользуюсь некоторыми понятиями, ознакомиться с которыми можно в книге (http://www.chivorepla.narod.ru ).
При переходе особи в мир иной сохраняются:

  • Личность, ее внутренний супервизор и культурная среда лиц. Сохранение супервизора обуславливает сохранение сознания.
  • Лицо-отказник и община лиц, на базе которой существует организм особи.
  • Багаж смыслов личности.

В этой теме наиболее важным и трудным является вопрос о самоузнавании особи. Особь переходит в новый мир, сохраняя перечисленные атрибуты. Но в ней происходят изменения. Почему и каким образом она ощущает себя продолжением некоторой предшествующей особи? Человек, например, это продолжение почти не ощущает.

Рассмотрим миры обитания в таком порядке: тонкий, средний, наш. Организм обитателей каждого следующего мира в этой последовательности содержит некоторые фрагменты, дополняющие организм обитателей предыдущего мира. В среднем мире появляется физическое тело из вещества с-частиц, в нашем - физическое тело из вещества частиц. Переходы вдоль этой последовательности сопряжены с обретением новых свойств и навыков существования, они "заглушают" события старой жизни, запечатленные в памяти особи, не находят ассоциаций в новом мире. Память событий заполняется заново, и самоузнавания не происходит.

Наоборот, со сменой миров в обратной последовательности переходов (от "нашего" до тонкого) нет этапа выращивания новых компонент тела, исчезают грубые и высвобождаются более тонкие моменты в памяти и в переживаниях. События прежней жизни индивид воспринимает в новом свете, находя иное их представление. Здесь он узнает себя, свою жизнь, свое окружение, и это дает ему основание для идентификации старого в новом. Таким образом, последовательность переходов, утончающая плоть особи, переживается, как продолжение в бессмертии, а в обратной последовательности не воспринимается как бессмертие. В целом, "наш" мир не содержит явных признаков бессмертия, а другие миры такие признаки имеют.

Особое положение здесь занимает средний мир. В нем переходы из тонкого мира лишены самоузнавания, а из нашего мира - таковое содержат. В этом смысле можно утверждать, что жизнь пришедших из тонкого мира содержит детство, пришедших из нашего - детства не имеет, и есть  два пути адаптации в среднем мире - через детство и через зрелость.

Важную роль в данном феномене играет процесс пополнения смыслового багажа личности. Багаж растет во всех мирах, но чем он больше, тем сильнее ощущение связи с прошлым.

Замечание
Если человек мыслит мозгом, то со смертью, с разрушением клеток, прекращается мышление, и следовательно, бессмертия нет. Но мозг не является инструментом мышления. Мозг - средство связи с внешним миром, устройство преобразования мысли и идеи в понятия, слова, ноты, картины, материальные формы. И устает он от этой работы. Человек мыслит всегда.

Пн, 10 дек, 2012, 10:41
Бог и всемогущество

 Фрагмент книги "Образы сущего"

Люди когда-то верили, что Солнце и звезды вращаются вокруг Земли. Наука помогла избавиться от этого заблуждения, но вера во всемогущество Бога, как была, так и сохранилась во многих религиях (например, во всех так называемых  аврамических). Отказ от нее для некоторых равносилен отказу от Бога. Полагаю, здесь скрывается главное "религиозное заблуждение".

Дети, живя с родителями, получают и физические взбучки, и моральные наказания. Однако любящие родители не оставят их в беде. Мы - дети Божьи, имеющие то или иное признание у Него, но, будь Он всемогущ, непременно пришел бы на помощь в беде, несмотря на то, что мир, причиняющий нам боль, - это мир кесаря. Реальные трагедии (типа Беслана, Холокоста, Катыни, Хиросимы и Нагасаки, голодомора и многие, многие другие - их не счесть) укрепляют эту мысль. Укрепляет эту мысль и Распятие Христа. Покинутый учениками, осмеянный, он в страшных мучениях "возопил громким голосом: Боже Мой, Боже Мой! для чего Ты Меня оставил" (Матф.27:46, Мар.15:34).

Но дело еще в том, что любящие родители должны дать детям свободу, помогающую им самим научиться жить в этом мире. Например, богатые иногда оставляют повзрослевших детей без гроша, чтобы они привыкли "крутиться" в жизни. Однако они непременно заплатят выкуп за ребенка, если ему угрожает смертельная опасность. Перенос этой ситуации на отношение людей и Бога означает следующее: Мы личностно бессмертны, наша жизнь на Земле - это малый эпизод. Странно требовать у Него спасения в ситуации, когда смерть является неизбежным итогом земного существования каждого из нас. Нам нужно самим легче, без паники относиться к людской трагедии, которая представляет лишь события "кручения" в падшем мире. А выкуп за нас возможен лишь тогда, когда беда, в которую мы попали, гораздо важнее смерти, - беда духовная, выходящая за пределы земного бытия.
Но есть большая разница между смертью старца, окруженного заботой докторов, и смертью юнца в газовой камере.

Конечно, все это может быть так, или почти так, при условии бессмертия нашего духа. В целом, есть такие варианты этической теории:

  1. Бог не всемогущ, хотя сочувствует нашим бедам, принимая их, как Свои. И слеза ребенка не оставляет Его равнодушным.
  2. Бог "пренебрегает" нашими мелочными трагедиями, которые разыгрываются в плоти и материи, допуская процессы разрушения и распада. Он участвует лишь в духовных процессах. А материя - прах, и в ней Он не действует.
В любом случае Он не является активным участником указанных дел, и нам остается лишь догмат неучастия Бога в делах материальных. Неучастие не означает слабость. Именно Бог является вершителем судеб, и ни одно злодеяние не остается безнаказанным, но Божье наказание - не физическое, а духовное. Центральным, при этом, оказывается вопрос: "как возникла материя?". Ответ дается в трактате.

Для меня слеза ребенка реальнее и весомее идеи божьего всемогущества, а совместить одно с другим невозможно. 

Вт, 4 дек, 2012, 18:29
О смысле жизни

Фрагмент книги "Образы сущего"

В молодости мы желаем денег, в старости - почета. Старость мудрее. В ней индивидуальные ценности кристаллизуются окончательно. Если вы верите в Бога, основные ценности у вас связаны с Ним. Но ведь и неверующий, в конце концов, понимает, что честь, слава, уважение не покупаются и дороже всяких вещей. Они достойны того, чтобы ради них трудиться и жить. Прощенный и прославленный у людей - счастливый. А уж что говорить о прощении у Бога! Я отношусь к тем, кто верит в реальность феномена Абсолютного Мнения - специфического отношения к личностям со стороны Всевышнего, видящего степень соответствия образа жизни личности тому нравственному Замыслу, который был изначально заложен в нее Творением. Это никак не сказывается на любви Божьей. Однако само Мнение является той ценностью, ради которой только и имеет смысл существование. В том-то и дело, Мнения достаточно, чтобы наполнить жизнь содержанием, ибо нет ничего выше, ценнее этого признания. Именно эта конечная цель делает нашу жизнь истинно человеческой. Она и есть Благодать.

Надо сказать, фактор Абсолютного Мнения является сильнейшим этическим аргументом. В нем индивид всегда имеет одну и ту же цель. Без нее, без Абсолютного Суда вероучение теряет центр притяжения, и восхождение по иерархии обретает монотонность накопления некоего количества, которое не может быть ничем иным, как знанием. А зачем знание, и какое умение за ним стоит, ответ не дается, ибо незнающему не объяснишь, а знающий в сомнении. Так, загадочность становится манящим факелом, и счастье (счастье магии) откладывается в никуда.

Как всякий этический процесс, путь обретения богатства доверия не легок, но счастье его надежно. Самое высокое положение у тех, кто прославлен у Бога; такие живут в Царстве. Но это положение не дает власти (власть у дьявола), и обретший его должен жить в соответствии с ожиданиями прославляющих. Можно понять, какой трагедией для всех и для Бога является предательство. Предающий физически не наказывается, но о нем уже знают - знают оставленного Богом. Его жизнь наполнена недоверием, презрением, неурядицей.

Подчеркиваю, явление признания вовсе не подменяет любовь. Наоборот, то, о чем идет здесь речь, предполагает любовь как основное условие, фон, на котором происходит становление славы. Так, начальник может любить всех солдат, но не все они в равной мере приближены к нему. В принципе, каждый хочет признания, но вопрос: у кого? Общественное мнение, мораль, мода склоняют нас к тщеславию, дьявольской славе, которая не только не предполагает любовь, но зачастую опирается на зависть, раболепие, страх. Выбор среды признания есть выбор начальника и кумира.

В религиозных размышлениях мы исходим из лучших своих чаяний, и от Бога ждем того же, что от себя и других в идеале. Но идеалы наши несовершенны, и мы незаметно, неумышленно привносим в них примитивные критерии падшей жизни. Если, к примеру, человек воспитывался в воровской обстановке, где приходилось постоянно остерегаться подвоха, предательства, унижения, в нем с годами выработалась подозрительность, осторожность, искушенность в интригах. Надежды и идеалы его, так или иначе, преломили этот печальный опыт. Важнейшим, чуть ли ни главным элементом этической системы становится мечта о справедливости, о наказании зла, о власти добра; Высший Суд ассоциируется с карательным мечем, воздающим всем по заслугам. В мире, где правит грубая сила, не может возникнуть представление о решающем значении нефизического, нравственного аспекта наказания, о том, что самым ужасным и катастрофическим является, нет, не потеря любви, а просто изменение Божьего Мнения. Так трагическая испорченность создала собственную религию, для которой простодушие кажется глупым и неприемлемым. В том-то и дело, что искушенность в грехах полагает себя осведомленной во всем и считает целомудрие незнанием.

Пн, 8 окт, 2012, 11:05
Вера

Фрагмент книги "Образы сущего"

Вера содержит миф, принимаемый "по умолчанию", о котором верующий не задумывается. "Что есть вера?" - вопрос неверующего, но поскольку людей, ни во что не верящих, нет, он адресован к человеку другой веры. Термин "вера" мы применяем не только к Божественным категориям, но ко всему, что для нас столь очевидно, что не требует доказательств. Вероятно, физик, биолог, ученый любой дисциплины может привести пример веры в открывшуюся научную истину, столь несомненную, что даже некоторое расхождение с опытом не смущает его. Это откровение может быть сильнее доводов еще не устоявшегося мировоззрения и способно повлиять на религиозное мышление. Меньше всего оснований говорить что-либо определенное о своей вере имеет человек мыслящий. Живя в мире множества идей, мы оказываем доверие далеко не всем идеям. Мы присваиваем некоторый вес истинности воспринимаемым словам и утверждениям. Первоначальное распределение этого веса формируется под воздействием воспитания, затем оно меняется по мере накопления знаний и опыта.

У нас может быть свое мнение относительно многих обстоятельств, но не все из них важны для нас, и доверие, оказываемое незначительным вещам, не так уж серьезно. Для некоторых людей малозначащей является вера в Бога; размышление о высших смыслах - вообще редкое занятие. Религиозная апатия, неуверенность в данной теме является, зачастую, причиной стихийного материализма. Изменение значимости идей - первое и наиболее существенное движение в системе взглядов и убеждений; это изменение шкалы ценностей. Малозначащие блоки наших предубеждений складываются под воздействием среды. В процессе же формирования мнения относительно серьезных факторов в игру вступает основной инструмент индивида - его сознание. Сфера высокой значимости становится сферой исследования, опирающегося на глубинные переживания индивида, на интуицию, откровение. Здесь он способен пренебречь установками воспитания и морали, если они вошли в конфликт с логикой искреннего самораскрытия; априорные постулаты подвергаются критической переоценке. Источником истины выступает личностная сущность индивида, о которой можно сказать: "вера - Божий дар".

Почему некоторые обстоятельства и идеи меняют статус значимости? Работа сознания перемещает наши убеждения. Мы ищем свой дом веры. Мы можем войти в него через разные двери, но, попав, становимся теми, кто есть на самом деле. Не важно, кто и как приоткрыл нам дверь. Если мы готовы, достаточно "любой спички". Личность неповторима, и глубинная предустановленность сознания формируется на протяжении всей нашей предшествующей жизни во вселенной. Я не хочу сказать, что вера предопределена с точностью до конфессии, но ощущение реальности высших идеалов записано в нашей памяти еще до рождения на этой грешной планете.  Если ученый в конце концов обретает религиозную веру в соответствии со своими научными откровениями, это значит, что глубоко дремавшая в нем вера обрела язык его откровений. Он обретает целостность веры.

Есть много причин, подталкивающих к поиску истины, а главная - наше беспокойное мышление, которое невозможно ограничить рамками догм, которое разрушает любые догмы, чтобы найти иные высоты познания и откровения. Быть может, в каком-то идеальном мире, где срок существования ничем не ограничен, мы достигнем состояния, называемого нирваной. Но меня смущает жизнь любви в этом состоянии.

И вот мысль опять не находит покоя. А пока - идеальное мы ищем в своем реальном.

Замечание

Человек всего не знает, он не знает Бога, и вера его, в любом случае, примитивна. По моим наблюдениям, судьба, здоровье и благополучие человека от веры зависят лишь постольку, поскольку вера влияет на поведение человека. Как я понимаю, Богу важна не наша вера собственно, а (1) чтобы мы в поступках желали друг другу только добра, (2) чтобы восходили в Его смыслах, помогающих нам любить и понимать друг друга, (3) чтобы были всегда одухотворенными.
 

10 most recent